Скорее мёртв, чем жив: в области резко сокращают поддержку малого бизнеса

Скорее мёртв, чем жив: в области резко сокращают поддержку малого бизнеса

Скорее мёртв, чем жив: в области резко сокращают поддержку малого бизнеса

24 ноября 2017, 13:14
Экономика
Фото: beon.ru
Более 65 тысяч индивидуальных предпринимателей и маленьких фирм в области фактически поставлены на грань выживания. Нормальной работе мешают как федеральные факторы, так и всё сокращающаяся бюджетная поддержка.

Бюджет карман не тянет

Сектору малого и среднего бизнеса (МСБ) в нашей стране не позавидуешь: административные барьеры, проверки, высокие проценты по кредитам и слабая экономика. Но в Оренбургской области ситуация складывается ещё печальнее. Поддержка со стороны как федерального, так и областного бюджетов инвестиционной деятельности неуклонно снижается.

Так, в документе за подписью премьер-министра страны Дмитрия Медведева Оренбуржью в рамках федеральной подпрограммы "Развитие малого и среднего предпринимательства" на этот год причитается всего 9 миллионов рублей. По этому показателю мы третьи с конца списка самых недофинансированных регионов. А если пересчитать выделяемую сумму на число предприятий сектора МСБ, то окажется, что на каждого приходится всего по 124 рубля в год: на это даже бутылку водки, чтобы "залить тоску", не купишь...

Для сравнения: год назад по той же федеральной программе область получила более 70 миллионов рублей. А в 2015-м выдвигала заявку на 220 миллионов, правда, потом из-за кризиса её срезали почти в два раза.

Ситуация на будущий год с федеральной поддержкой пока туманна: итоги распределения средств зависят от активности самого бизнеса, числа заявок, расторопности местных чиновников и эффективности использования выделяемых ранее средств. Однако что касается поддержки областной, то тут некоторые цифры уже названы: в бюджете пока предполагается заложить 12 миллионов рублей на поддержку МСБ. Причём больше половины суммы уйдёт на "накладные расходы": содержание аппарата, а также покрытие убытков оренбургского и орского бизнес-инкубаторов. Непосредственно на инвестиционные цели - то есть вложения в производство или субсидирование процентных ставок по кредитам - почти ничего не остаётся.

Банк ИП-шнику не товарищ

Справедливости ради, федеральная подпрограмма и областное бюджетное финансирование - не единственные источники поддержки малого бизнеса. Аналогичные программы принимают и муниципальные образования, которые на своём уровне тоже должны поддерживать МСБ. Но по факту денег в тощих районных бюджетах нет, рассчитывать на сколько-нибудь значимую помощь не приходится. Так, например, предпринимателям в Асекеевском районе выделили всего 10 тысяч рублей на год. А некоторые сельсоветы принимают объективно пустые программы поддержки - на бумаге вроде всё красиво написано, а реально тамошние предприниматели годами не видят местных денег вообще.

Существует поддержка и через областные фонды, например Гарантийный фонд и Фонд поддержки малого предпринимательства. Но беда в том, что бюджеты этих фондов тоже не пополняются должным образом и работают лишь с оборота, то есть с теми средствами, что возвращают им предприниматели.

С инвестициями могли бы помочь банки, тем более что формально в области есть неплохая структура для создания гарантий под кредиты. Проще говоря, если предпринимателю не хватает залога, то Фонд готов его предоставить - и банк одобрит заем. Но это

теория. На практике же в последние три года финансовые учреждения практически прекратили финансировать микропредприятия и ИП.

Ситуация критическая, малый бизнес оказался фактически никому не нужным. Бюджетное финансирование сокращается, а банки просто игнорируют микропредприятия с оборотами менее 10 - 12 миллионов рублей в месяц, комментирует президент Оренбургского областного фонда поддержки малого предпринимательства Вячеслав Склонюк.

С его словами соглашается и руководитель Новосергиевского механического завода - крупнейшего в регионе производителя отопительного оборудования Александр Салтанов:

- Бизнес-проекты стоимостью менее 100 - 200 миллионов рублей практически выпадают из поля зрения большинства инвестфондов и банков. Никто не хочет возиться с мелочью, особенно если речь идёт о небольших предприятиях в муниципалитетах.

Сегодня в регионе, по данным ООФПМП, лишь один банк занимается финансированием микропредприятий, но и там лимиты весьма ограниченны. Сами банкиры лишь разводят руками: риски слишком высоки, а доходы - мизерные. В условиях, когда Центробанк следит буквально за каждым рублём, никто не хочет лишиться лицензии из-за ничтожного (но крайне сомнительного с точки зрения регулятора) кредита малоизвестному микропредприятию. То ли дело профинансировать какой-нибудь нефтегазовый проект сразу на 2 - 3 миллиарда: тут и головной боли меньше, и прибыль гарантирована. Вести один, но большой кредит дешевле, чем следить за тысячей маленьких.

Чёрные списки "обнальщиков"

Ещё один бич малого бизнеса - это всё ужесточающиеся меры по контролю за движением средств и "отмыванием" денег со стороны Центробанка. С июня этого года ЦБ рассылает банкам так называемые "чёрные списки" организаций и ИП, которые ведут, по мнению регулятора, сомнительную финансовую деятельность. Членство в этом списке напрямую не означает, что компания априори нечиста на руку, ЦБ лишь "выражает сомнения". Но банки восприняли эти списки именно как руководство к действию - и попросту отказывают таким предприятиям в расчётно-кассовом обслуживании. С начала рассылок списков число "отказников" выросло с 200 тысяч (в июле) до 460 тысяч юридических лиц на конец октября, сообщает РБК.

Проблема действительно есть. Предприятие может попасть в "чёрный список", если, например, не нарушает закон, но ведёт обширную посредническую деятельность, комментирует Вячеслав Склонюк.

Допустим, это продуктовый трейдер, покупает и продаёт зерно. Объёмы, суммы большие, а прибыль, маржа, что остаётся, незначительна. Банк ведь не видит сути деятельности, он отправляет в Росфинмониторинг лишь бухгалтерские данные. А по ним открывается картина, что некое крошечное ООО или ИП "перекачивает" через себя сотни миллионов рублей. Всё, его сразу в подозрительный список. А банк уже рисковать не хочет, ему проще отказать этому ООО в обслуживании, чем разбираться в сути претензий.

Правда, для Оренбуржья ситуация с закрытием счетов банками пока не столь актуальна. Во всяком случае, массовых жалоб на это оренбургскому бизнес-омбудсмену не поступало. Положение тут спасает тот факт, что Оренбуржье - один из немногих регионов страны, где удалось сохранить собственную региональную банковскую сеть. И хотя не обошлось без потерь (у двух региональных банков ранее всё-таки была отозвана лицензия), сегодня у нас работают четыре областных кредитно-финансовых учреждения, и их положение достаточно стабильно.

Неконкурентное преимущество

Тем не менее проблема недофинансирования вкупе с нарастающим (пусть и не столь быстро) контрольно-финансовым прессингом могут окончательно добить и без того слабый малый бизнес в регионе.

Последствия ведь глубже, чем кажутся... По сути, в регионе (да и в государстве в целом) складываются такие условия, что крупные акулы без труда выдавливают малый бизнес почти из всех сфер без всякой конкурентной борьбы, объясняет Склонюк.

Вот яркий пример: сколько лет уже идёт разговор, что на потребительский рынок нужно продвигать собственные товары, продукты питания? Ещё с 90-х. А почему результат почти нулевой? Потому что банк охотнее даст кредит "Пятёрочке", "Ленте" или "Карусели", где миллиардные обороты, на открытие новых торговых точек, чем фермеру с его нынешней копеечной выручкой. Все говорят о поддержке малого предпринимательства, но на практике идёт поддержка как раз бизнеса крупного! А потом мы удивляемся: почему у нас засилье пришлых сетевых магазинов? Где наш производитель? Ответ же лежит на поверхности!

По словам экспертов, функцию защиты сектора МСП всегда и во всех развитых странах берёт на себя государство. Малый бизнес - это в первую очередь социальная составляющая: рабочие места, налоги в местные (а не московские) бюджеты, стабильность. Да, очевидно, что один газовый или нефтяной гигант даст в бюджет больше доходов, чем сотня мини-автосервисов, тысяча фермеров, парикмахерских или мини-булочных. Но эти сервисы-булочные дадут работу и веру в будущее сотням тысяч человек. Если, конечно, государство будет в этом заинтересовано не на словах, а на деле.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter