56orb.ru
Героин вместо шампанского. Чем запомнился Новый год на орской «Скорой»
15 января 2018, 08:29
Героин вместо шампанского. Чем запомнился Новый год на орской «Скорой»
Говорят, как встретишь Новый год, так его и проведешь. Мое дежурство на «Скорой помощи» началось аккурат к новогодним праздникам. Повезло, называется. Но те, кто работает посменно, меня поймет и посочувствует.

А пока страна и мой родной Орск готовились к празднованию главного события наступающего года, мы, медики, с ужасом ожидали предстоящие дежурства. Среди вереницы бесконечных пациентов запомнилось не все. Но о наиболее интересных случаях постараюсь рассказать.

1 января. Отмечаемся у диспетчера. Фельдшеры принимают ящики с медикаментами и оборудованием у отработавшей смены. Врачи расписываются за метализе (тромболитик) и кардиографы. Невооруженному глазу легко отличить тех, кто отдежурил, от вновь прибывших на смену. Одни уставшие, вялые, а другие еще со свежими лицами и полны сил. В честь праздника мы принесли из дома разные салаты, мандарины, конфеты в надежде посидеть все вместе за новогодним столом. Но мечты остались мечтами. Потому что сразу же в восемь утра диспетчер начала объявлять экипажи на выезды. И до следующего утра с коллегами виделись на бегу, слушая диагнозы и пути следования по рации. Моему врачебному экипажу № 18 доставались наиболее сложные пациенты в этот день.

Едем на вызов к молодому человеку. У подъезда нас встречают двое молодых мужчин. Одного взгляда достаточно, чтобы понять, что отмечают праздники с размахом чуть не с католического Рождества. Пытаются обвинять нас в медленном шаге и долгом прибытии. Не обращая внимания на комментарии, заходим в квартиру. На кровати лежит пациент с нарушенным сознанием. Лицо отекшее, изо рта исходит амбре перегара. Со слов матери, несколько лет назад получил удар по голове. Остался инвалидом с пластиной в голове. Но данное обстоятельство не помешало продолжать пить. Часто запои заканчиваются судорожными припадками или психозами. Переубедить бросить пить горькую не удается. За последние три часа было несколько приступов. Полностью в сознание после последнего припадка так и не пришел. Оказав необходимую медицинскую помощь, везем пациента в отделение неврологии.

По закону парных случаев почти сразу же поехали на Комсомольскую площадь. Среди красочных декораций застали деда в прострации. Прохожие заметили, что дед шел, шатаясь, упал, случились судороги, какое-то время не было сознания. Заводим в машину. Осматриваем, расспрашиваем. Несмотря на почтенный возраст, дедушка вел себя агрессивно. Требовал отпустить его на улицу. Фамилии и адреса не называл. Оставить на морозе мы не имели права, поэтому повезли буйного пожилого пациента для отрезвления в наркологический диспансер. В больнице агрессивно настроенный дед, пошатываясь, снял куртку и стал размахивать ею перед дежурным врачом. Что было дальше, не знаю. Мы поехали дальше.

Ближе к вечеру прибыли на улицу Энергетиков. Посреди дороги лежал мужчина. На вид лет 60. На голове окровавленная рана. Судя по домашней одежде, живет где-то рядом. Очевидцы сообщили, что видели его несколько часов назад на обочине дороги. Но кто он и что с ним произошло, выяснить не удалось. При осмотре состояние крайне тяжелое: сознания нет, давление очень низкое. Капаем, проверяем рефлексы, обрабатываем рану. Срочно везем его в травматологию. Позже удалось узнать, что причиной глубокой комы была внутричерепная гематома.

Не успели отозваться по рации, что свободны, поступает следующий вызов – ножевое ранение. На площадке между квартирами сидела окровавленная женщина неопределенного возраста. Судя по внешнему виду, пьет горькую давно и безнадежно. На руках множественные гематомы различной давности. На спине виднеется колотая рана, из которой с шумом выходит воздух. Дышит тяжело, плачет, что сын ударил ножом. Дело плохо: повреждение правого легкого и открытый пневмоторакс. Фельдшер Вадим быстренько заклеивает рану, вводит обезболивающее. Звоним водителю: «Виталий Андреевич, выкатывай носилки, включай в салоне печку. У нас ножевое. Едем с музыкой». Под вой сирены срочно везем пострадавшую в травматологию. Вроде осталась живой.

Встречались и особо эмоциональные люди. Одной эмоционально неуравновешенной даме стало плохо. Решила вызвать неотложку. Заходим в квартиру. На пороге нас встречает сама пациентка с протянутыми в руках бахилами. На мой флегматичный ответ, что »бахилы для »скорой» травмоопасны…», обиженно бросила их на пол и шустро добежала до кровати. Быстро легла и начала «болеть», громко постанывая, принимая театральные позы. Нам, медикам, после реально нуждающихся в нашей помощи и сотни спасенных жизней приходится хладнокровно наблюдать за такими истеричными особами. Меряю давление. Чуть повышенное. Вадим с невозмутимым выражением лица накладывает электроды, снимает кардиограмму. Даем таблетку каптоприла. Через десять минут наша капризная пациентка гордо признается, что «сама медик». Уточнять, где работает чудо-врач, не было желания и сил. Ведь пока мы ублажали женщину, не нуждающуюся в экстренной помощи, её мог не дождаться кто-то другой. На выходе ее мама предложила нам в подарок тыкву. Вежливо отказались. Хотя наше дежурство смело можно было назвать днем Хеллоуина.

Моим коллегам также досталось. Фельдшер Ильдар с 9-го экипажа попал на наркотическую кому. Молодой человек вместо шампанского ввел себе героин. Да, опять у нас в городе появился героин. А уж вызовов с пометкой «плохо пьяному» было полно у всех экипажей.

Были и случаи «отравления сладким»: дети мучались от рвоты после неуёмного поглощения сладких подарков. Бабушки по инерции продолжали вызывать «скорую помощь» - такая вот «дольче вита».

В итоге вместе собраться нам так и не удалось. Каждый со смены практически в гордом одиночестве дегустировал оливье и селедку под шубой. А мандарины ели в машине. Впереди ожидали подобные дежурства во время продолжительных пьяных новогодних каникул. Вот почему мы, медики, не любим праздники. В голове лишь единственный вопрос к жителям города: «Люди, зачем вы так много пьете?»