Выгодно ли в России заниматься производством рыбы и морепродуктов?

Выгодно ли в России заниматься производством рыбы и морепродуктов?

13 октября , 18:02Общество
В мире ежегодно съедают 170 миллионов тонн рыбы и морепродуктов. Половину из этого количества вылавливают промысловики. Еще 50 процентов используется для нужд населения. А какова ситуация в хлебосольной России, где испокон веков добывали красную и черную икру?

Многим россиянам наверняка хотелось бы узнать, дорого ли войти в водный бизнес? Где выращивают деликатесы? И: когда на нашем продовольственном рынке наконец, настанут «рыбные дни»?

Совладелец Бисеровского рыбокомбината Андрей Семёнов рассказал проекту «Бизнес-Вектор», что за 5 лет продажи живой форели упали в два раза. Эту рыбу он называет индикатором среднего класса. У людей банально нет денег, они экономят на продуктах питания. Если говорить о такой породе как карп, то отставание и здесь — процентов на 10% от 2019 года.

Президент Торгово-промышленной палаты России Сергей Катырин считает это низкорентабельным производством. Оно с долгим сроком окупаемости — десять и более лет. Поэтому без поддержки государства этому сегменту подняться на серьёзный уровень и быстро развиться сложно.

В прошлом году российские рыбхозы вырастили почти 287 тысяч тонн рыбы и морепродуктов. Большая часть пришлась на карповые породы, на втором месте — лососевые. Помимо всего прочего, за этот же период в нашей богатой ресурсами стране вырастили 22 тысячи тонн устриц, мидий и прочих моллюсков и 11 тыс. тонн водорослей. Суммарная стоимость продукции эксперты оценивают в 100 миллиардов рублей.

Рыбу и морепродукты в стране выращивают свыше 4000 предприятий. 86% из них — небольшие хозяйства с мощностью до 100 тонн продукции в год, по данным Росрыболовства.

Большая часть рынка сбыта принадлежит средним и крупным компаниям, таким как Бисеровский рыбокомбинат. Он появился ещё в советское время на базе разработки торфяных карьеров.

Здесь, на месте бывших болот, выращивают более 500 тонн рыбы и морепродуктов в год. Продукция поставляется в живом и охлаждённом виде в крупные торговые сети. Однако не все так гладко, как кажется.

— С мая по сентябрь, до начала облова, выпадает такой период, когда у нас своя рыба заканчивается. Поэтому мы берём с южных регионов, привозим сюда, откармливаем и поставляем в торговые сети. Мы не должны выпасть из торговых сетей, потому что потом за вход приходится платить, — поясняет Андрей Семёнов.

Десятую часть товарного карпа комбинат продаёт через свои магазины. Часть прудов компания обустроила для платной рыбалки. На удочку ловится от 5 до 8% выращиваемой в рыбы. Но даже при обороте в 250 млн. рублей в год предприятие вынуждено «сливать» имеющиеся активы, чтобы удержаться на плаву.

— В позапрошлом году, чтобы закрыть кредиты, мы продали акции банка «Возрождение» на пять миллионов. В прошлом продали в Ногинске торговый магазинчик небольшой с земельным участком за десять миллионов. Что будем продавать в этом году, сказать сложно, — продолжает Семёнов.

В посёлке Кадуй Вологодской области карпы росли в тёплой воде. Она поступала со шлюзовых сооружений Череповецкой электростанции. Но в 90-е годы союз энергетиков и рыбоводов распался. Хозяйство за бесценок приобрёл москвич Александр Новиков и решил выращивать осетров, инвестировав около 5 млн. долларов.

Одно только он при этом не учел: бизнес на осетрине очень долгий. Первую икру от маточного поголовья можно получить только на седьмой год жизни самок. Их не убивают, а доят — в среднем, один раз в два года. Потому только в середине нулевых «Русский икорный дом» продал первую партию икры общим весом 6 тонн. А если брать последние 14 лет, то объём производства деликатеса вырос только в три раза.

Александр Новиков, владелец группы компаний «Русский икорный дом»:

«Мы каждый год увеличиваем объём своего производства на 10-15%. К сожалению, рынок не готов большое количество сразу потреблять. А сегодня в связи с коронавирусом продажи упали процентов на 50».

До 2014 года на рынке красной рыбы в европейской части России было много норвежской форели. На волне антисанкций её вытеснили поставки из других стран. Здесь оказались и отечественные аквахозяйства. В частности, Игорь Ляшенко из Петрозаводска вместе с партнёрами построил с нуля форелевое хозяйство на юге Карелии. Он рассчитывал за четыре года окупить вложенные 60 миллионов рублей, но рынок довольно быстро просел и перестал быть сверхприбыльным.

— Карельские хозяйства наращивают свой объём производства ежегодно где-то на 15-20%. Плюс добавляются Армения и Турция, которые очень настойчиво пытаются заместить норвежскую рыбу на российском рынке. Всё это привело к тому, что спрос постепенно сравнивался с предложением. А сейчас даже возможно, что предложение превышает спрос, — говорит предприниматель.

План предполагал выстраивание полного цикла производства от инкубатора для мальков до переработки и продажи рыбы через свои торговые точки. Всё должно было окупиться за 6 лет. Но и сейчас компания «Алдога» покупает только оплодотворённую икру и корм за границей. Через два года планируется выращивать не менее 300 тонн форели в год. Всю эту массу рыбы будут перерабатывать на заводе и продавать самостоятельно.

Спустя сто с лишним лет в Крыму возобновили выращивание моллюсков на полуострове. Из Европы предприниматель Сергей Кулик привез молодых триплоидов. Но этот тип устриц не размножался, хотя его можно было есть круглый год. А вот местная мидия заселила морскую ферму сама. Потому плюс этого бизнеса и в том, что эту «наглую мелочь» даже не нужно кормить. Солёность Чёрного моря в два раза ниже, чем Средиземного. Продукция получается довольно дешевой и вкусной.

— Мидия более доступна по цене — она берётся за килограмм. Устрица берётся за штуки. Конечно, устрица гораздо выгоднее. Но у устрицы нужно возрождать культуру поедания. Слишком мало её берут, говорит Сергей Кулик, владелец компании «Яхонт».

Президент ТПП России Сергей Катырин подчеркивает, что много льгот сформировано и много инструментов есть для поддержки фермеров, которые всерьез занимаются аквакультурой. Но по большому счёту, их очень мало. Они не конкуренты мировым производителям.

Объём государственной поддержки предприятиям аквакультуры на ближайшие три года составляет чуть более 500 миллионов рублей. Это полпроцента от годового оборота отрасли.

Кроме того, рыбоводы стали платить НДС по ставке 20%. В таких условиях выращивать рыбу сложнее. Участники рынка ждут ослабления налоговой нагрузки, а ее все нет. Расширения инструментов государственной поддержки — тоже. И пока оно так, соотношение промысла к частному производству будет 95 процентов к 5. И не более того, к сожалению.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter