Дорого и бестолково: что стало с громкими проектами «зелёной энергетики» в Оренбуржье

Дорого и бестолково: что стало с громкими проектами «зелёной энергетики» в Оренбуржье
3 октября 2019, 17:54ОбществоФото: pixabay.com
О светлом будущем без нефти и газа нам рассказывают уже не первый год. Якобы ещё чуть-чуть, и ветер, солнце и биогаз смогут нас согреть, осветить и даже дать топливо для заправки автомобиля, навсегда показав кукиш в сторону жадных углеводородных баронов.

Вот только на практике ни один из «зелёных» проеков в области, с помпой начатых 5-7 лет назад, не показал сколько-нибудь вменяемой эффективности. Футуристического вида солнечные панели и белоснежные ветряки по-факту оказались не более чем дорогой игрушкой, «съев» денег больше, чем выдав реальной пользы.

Но — обо всём по порядку.

Краденое Солнце

Оренбуржье считается регионом, в котором электроэнергия вырабатывается одними из самых безопасных для экологии способами. У нас нет ядерных электростанций, грозящих выбросами радионуклидов. Мы не используем уголь с его жирными коптящими выбросами на теплоэлектроцентралях — более 30 лет назад были демонтированы последние угольные транспортёры на Орской ТЭЦ-1.

Сегодня основной источник энергии для региона — природный газ, дающий при сгорании безвредные углекислый газ и воду и в самые холодные зимы чуть менее экологичный мазут. А в последнее время активно развивается и солнечная энергетика: всего за четыре года в регионе построено 12 гелиостанций суммарной мощностью 260 мегаватт. (Для сравнения — мощность крупнейшей в регионе Ириклинской ГРЭС — 800 мегаватт, а энергопотребление Оренбурга в электрическом эквиваленте — около 400 мегаватт).

Орская солнечная электростанция имени А.А.Влазнева - одна из крупнейших не только в России, но и во всей Восточной Европе.

Общая же годовая выработка солнечных электростанций области уже превышает 1% объёма генерации энергосистемы Оренбуржья. И это не предел — строительство гелиостанций продолжается.

Правда, о реальной эффективности их работы информации пока немного. Электричество с СЭС дотируется государством: за каждый киловатт*час, «украденный» у Солнца, казна доплачивает от 20 копеек до 1 руб. 80 копеек (в зависимости от мощностей и деталей инвестсоглашений). Да и времени пока прошло немного, чтобы делать более-менее точные оценки.

Поэтому попробуем проследить судьбу более скромных проектов — например, питание жилых и технических помещений в Центре по реинтродукции лошадей Пржевальского. Первоначальная идея была красивой — активистке Грете Тунберг понравилось бы: поставить в заповедной степи солнечную станцию, чтобы ни колечко солярного выхлопа не нарушало нетронутую на десятки километров экологию.

Станцию привезли, собрали, запустили, но… только до первой зимы. Мощность солнечных панелей резко упала в холодные месяцы, и связано это как с уменьшением инсоляции (то есть количества солнечной радиации, падающей на фотоэлементы), так и деградации самих кремниевых пластин под действием низкой температуры. Как-никак, морозы в степи, да если с ветрищщем — суровые.

Как сообщила 56orb.ru директор объединенной дирекции государственных природных заповедников«Оренбургский» и «Шайтан-Тау» Рафиля Бакирова, для обеспечения энергонужд заповедника необходима более мощная установка, стоит она около полумиллиона рублей. Но не факт, что в реальных условиях и её хватит. Мешает пресловутая «пила генерации», то есть непостоянство поступления энергии. Солнце то есть, то нет, и запасать электричество приходится в мощных аккумуляторах. А они тоже деградируют на морозе, и сколько прослужат в суровых условиях — тоже вопрос. Рисковать полумиллионом рублей заповедник не хочет, а потому пользуется старыми добрыми бензиновыми генераторами. Не шибко современно, зато люди не замёрзнут в степи и не останутся без света и связи на зимовке в снежной пустыне.

Электропастух в заповеднике "Оренбургский" - единственное устройство, работающее от солнечных батарей.
Фото:56orb.ru

А солнечным панелям применение всё-таки нашлось — для электропастуха. Вот тут энергии для того, чтобы «покусывать» током зверей, которые подходят к огороженным загонам и касаются контактного провода, вполне хватает.

Держи нос по ветру!

А если не солнце, а ветер? Наш степной край этим ресурсом богат добре, отсутствие гор и лесов создают прекрасные условия для развития ветряной энергетики. Только вот новостей о том, что в Оренбуржье активно устанавливают ветряки и под радостные крики «долой кровопийц!» откусывают пассатижами провода от привычных ЛЭП — нет.

Фото:pixabay.com

Директор «Агрофирмы Промышленная» под селом Самородово Виктор Голодников одним из первых решил стать независимым и установил на производстве ветряк почти 10 лет назад. До сих пор монументальное сооружение с огромными лопастями пропеллера привлекает внимание всех, кто как раз едет на экскурсию в заповедник к лошадям Пржевальского. Да вот беда — футуристические виды прогрессивной агрофермы — не более чем картинка. На практике же Голодников так и не вернул вложенные в покупку ветроустановки деньги. Две пятилетки — всё в минусах!

Хоть установка и вырабатывает около 30 000 кВт в месяц, этого не хватает, чтобы обеспечить нужды производства. Отсутствие господдержки, считает предприниматель, является одним из причин непопулярности такого источника электроэнергии.

Директор АФ "Промышленная" Виктор Голодников одним из первых установил ветрогенератор для нужд предприятия. Но так до сих пор его и не окупил.
Фото:ria56.ru

— Если бы установка стояла в Европе, то окупаемость была бы в течении 2-3 лет, а вот у меня по такой схеме, которую сделали в России, она до сих пор не окупилась. Я купил установку за свои деньги, а в Европе государство дотирует на подобные проекты до 70% стоимости установки. В Европе «зелёная электроэнергия» в 3 раза дороже. От сюда и выгода, — рассказывает Виктор Петрович.

Проще говоря, в чистом виде, без затрат из бюджета, электроэнергия из ветра оказывается намного дороже той, что можно купить в обычной трёхфазной электросети.

У ветра тоже есть «пила генерации», пусть и не такая выраженная, как у солнца. И чтобы полностью закрыть нужды агрофирмы, требуется втрое более мощное оборудование с накопителями и инверторами. Его цена — около 400 миллионов рублей, но если потратить эти деньги на покупку киловатт*часов из сети, то можно почти 400 (!) лет снабжать и предприятие, и весь посёлок Самородово электричеством. То есть окупаемость тут гораздо хуже, чем у фотопанелей.

Ветряки, особенно большой мощности, намного сложнее привезти на место и смонтировать. Это для солнечных батарей особой инженерной квалификации не нужно, сориентировать панель способен и толковый школьник с компасом и транспортиром. Для ветряка же нужна бригада специалистов, прочное основание, довольно сложные балансирные настройки… Плюс регулярное обслуживание: смазка, профилактика подшипников, тормозных устройств и т. д.

Вот и получается, что в ближайшее время оренбургские ветра так и не получится обуздать. Под большим вопросом и создание ветропарка в Соль-Илецке — даже с государственной поддержкой инвесторы не торопятся пускать деньги «на ветер».

Биоотходы — в биодоходы

Третий вид экологически чистого производства энергии — биогазовые установки. На них оренбургские фермеры поглядывают довольно давно. Закидываешь в такой реактор навоз, траву, пищевые отходы, фекалии и прочий биологический мусор — а на выходе получаешь горючий газ метан и гумус, который является прекрасным удобрением.

Фото:complesu.ru

Лидерами по освоению этой технологии считаются Германия, Голландия и Китай. В России с этим дела обстоят гораздо хуже. К примеру, в Оренбуржье шесть лет назад появилась первая — и пока единственная крупная биогазовая установка. Находится она в Оренбургском районе возле села Нижняя Павловка.

Генеральный директор предприятия «Комплексные Системы Утилизации» Николай Кокарев рассказывает, что ежемесячно биореактор вырабатывает метан, который в газопоршневом генераторе даёт 5- 5,5 тысяч киловатт электричества.

Николай Кокарев первый - и пока единственный, кто запустил в Оренбуржье биогазовый реактор большой мощности.
Фото:complesu.ru

— Мощности установки хватает, чтобы полностью обеспечить потребности в электроэнергии одного хозяйства. Ежедневно для выделения такого количества энергии необходимо утилизировать порядка 2-2,5 тонн отходов. Зимой производительность немного падает, — говорит Николай Кокарев.

Газ можно использовать и как автомобильное топливо: реактор даёт от 50 до 80 кубометров метана. Этого достаточно, чтобы, например, заправить «Газель» с газобаллонным оборудованием под сжатый природный газ. Расход метана на такой машине составит примерное 15 кубометров на 100 км. То есть суточной выработки хватит на 400-500 км. пробега или на рабочую неделю интенсивной езды.

Вот только продавать газ как топливо предприниматель не может — нужна сертификация, а она стоит сумасшедших денег. Газотопливный рынок устроен так, что монополисты не пускают на него малых производителей. Но УФАС упорно не видит никаких нарушений. Свои машины — заправляй, а чужой бизнес трогать не моги!

"Газель" на метане расходует 15 кубометров газа на 100 километров. То есть в день биореактор вырабатывает столько топлива, сколько нужно микроавтобусу на 5 дней интенсивной езды.

Между тем возможностями и экономической эффективностью биогазовой установки нередко интересуются местные фермеры, отмечает Николай Фёдорович. Но до масштабного производства в регионе подобных реакторов пока дело не дошло. Зато по проекту оренбургских инноваторов построили биореакторы в Пермском крае, в Удмуртии, Астрахани, Хабаровске и Волгоградской области. Наши же аграрии и животноводы остались не удел по вполне весомым причинам.

Во первых- это высокая стоимость биореакторов, около 3,5 миллионов рублей. Кстати, и на первый-то проект был выделен грант от области, плюс потом два года шла поддержка из бюджета.

Во-вторых — сложности в подпитке такой установки. Нет смысла её запускать, если у тебя маленькое хозяйство и не удаётся собирать 2-3 тонны отходов в сутки. Реактор, к сожалению, из-за особенностей технологии биоразложения нельзя сделать маленьким, нужны определённые объёмы для саморазогрева и самоподдержания реакции.

И в третьих, не каждое «топливо» для него эффективно.

— Мы специализируемся на отходах торговых центров. Если раньше некачественные продукты питания выбрасывались на свалку, и там в атмосферу выделялись парниковые газы, то сейчас мы эти газы локализуем в установке и получаем полезный продукт — либо тепло, либо электричество. Отходы животных перерабатывать на газ оказалось менее выгодно. Особенно это касается свиного навоза. Органики, которая выделяет газ там очень мало — 3-4%. Всё остальное — это вода. Мы делали экспертизу по этому вопросу и пришли к выводу, что пока внедрение биогазовых технологий в свинофермы не рентабельно, — заключил Николай Кокарев.

Чуть лучше дело обстоит с навозом коровьим, но тут проблема в том, что в области нет пока мощных хозяйств с большим поголовьем крупного рогатого скота, стоящего на зерновых откормах. В основном стада на свободном выпасе. А там ведь не будешь за каждым бычком с лопатой бегать и собирать в мешки «лепёшки» с полей…

Фото:twitter.com

Биогазовый проект пока единственный, кто получил хоть какое-то развитие в области. Так, установку в ближайшее время ждёт расширение. Предстоящей весной ожидается запуск второй очереди станции и второго биореактора. Количество перерабатываемых отходов и объём выделяемого газа возрастёт в 2 раза.

Правда, если говорить в целом, то в среднесрочной перспективе биореакторы пока уступают солнечным электростанциям по соотношению цены вырабатываемого киловатта к стартовым затратам. Главным их недостатком стала высокая начальная стоимость. К примеру готовые солнечные установки на 5 кВт обойдутся в 650 тысяч рублей. Биореакторы же стоят 3,5 миллиона.

Тем не менее биогаз из всех трёх альтернативных источников энергии сегодня — наиболее практичен и эффективен. В первую очередь потому, что нет пресловутой «пилы генерации» — газ выделяется равномерно и днём, и ночью, плюс его можно легко закачивать в баллоны про запас.

К тому же сегодня цена кубометра природного газа в Оренбуржье для личных подсобных хозяйств — 5 руб. 85 коп. И нетрудно подсчитать, что биореактор при максимальной загрузке окупится примерное за 2-2,5 года.

Кстати, в регионах, опирающихся на опыт Оренбуржья по внедрению биореакторов, цена сетевого газа гораздо выше, чем у нас. Так, в Хабаровске за кубометр просят 7 руб 30 коп, в Волгограде — почти 9 рублей. Соответственно, и заинтересованность у них выше — установка в таких условиях окупается всего за год, а далее — чистая экономия.

Сюжеты:
Эксклюзив
Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter