Герои остаются. Как русский немец на Кавказе Родину защищал

Герои остаются. Как русский немец на Кавказе Родину защищал

Герои остаются. Как русский немец на Кавказе Родину защищал
Аналитика

27 февраля 2018, 15:21
Саша Вольф отказался уезжать из Оренбургской области вместе со своими родными на историческую родину, в ФРГ. Россия оказалась ему роднее и ближе.

Русские немцы

Семья Вольф жила в Кумаке Новоорского района. Александр после школы учился в Ясненском лицее. Оттуда же, из Ясного, ушёл в армию. Оказался на Кавказе. Отслужил срочную и остался по контракту.

Шёл 2004 год. Ваххабиты активизировались, но наши войска уже научились успешно подавлять их боевые отряды с арабскими командирами. Для окончательной победы во второй чеченской Российской армии были необходимы опытные военные специалисты, способные отдать за Родину свою жизнь.

Семья Вольф собиралась перебраться на историческую родину в Германию. Но ни Саша, ни его сестра Наталья не хотели уезжать из России. Они считали себя русскими. Русскими немцами.

Особая дружба

В феврале 2005-го Саше дали отпуск. За что, он не рассказывал, но его сестра Наташа понимала, что за просто так в районе боевых действий внеочередным отпуском не награждают. Уже второй год её братишка нёс службу на Северном Кавказе.

Где-то на границе Чечни и Дагестана он значился как командир отделения разведгруппы гвардии сержант Александр Вольф со своим позывным, кличкой и незаменимым боевым опытом. И на вопрос старшей сестры, зачем ему понадобилось после срочной службы продлевать контракт ещё на год, обычно отвечал, что не мог оставить там своих боевых друзей.

Там, в горах, у них была какая-то своя особая дружба. Тем более что в его разведгруппе подобрались ребята из Орска, Адамовки, южной Башкирии. Все свои, земляки.

- У меня, Наташ, контракт до ноября, - говорил Александр. - Дембельнусь, отвезу родителей в Германию, раз собрались. Потом вернусь и своё фермерское хозяйство с пацанами организую. Купим "КамАЗ", развернёмся…

Он рассказывал о двух своих друзьях-орчанах Денисе Шевченко и Паше Карпове. Строил планы на мирную жизнь. Показывал снимки изумительных по красоте мест Северного Кавказа. Вот Шатой, а вот Аргунское ущелье… Не верилось, что там сейчас война.

Бундесвер не воюет

Вообще-то, Саша мог бы и не попасть на службу. Так получилось, что многодетная семья Вольф проживала в посёлке Кумак, а парень после девятого класса получал профессию в соседнем районе, в городе Ясном. Там жил вместе с семьёй старшей сестры.

Он ещё не получил диплом об окончании лицея, когда друзей стали призывать в армию. А его документы куда-то подевались между двумя районами. Другой бы обрадовался, а Сашка возмутился, стал ездить, искать и наконец нашёл. И был рад, что уходит в армию со своим годом. А диплом, дескать, просто бумага. Её и Наталья за меня торжественно получит.

В плане армии отец сына поддерживал. Он (кстати, тоже Александр Вольф) в своё время и сам её прошёл, потом много лет шоферил на "КамАЗе". И, если уж быть откровенным, то не хотел уезжать из Оренбуржья. Но очень уж звали братья и сёстры, давно перебравшиеся вместе с мамой в ФРГ. И дети всерьёз собирались, все, кроме, Саши и Наташи.

Зарубежные родственники предлагали поскорей оформить гражданство младшим сыновьям, успеть до армии, дескать, бундесвер в «горячих точках» не воюет. Но если парень сам захотел себя проверить, что ж я его буду отговаривать?

Успеть накрыть собой

Тот Сашин февральский отпуск почему-то запомнился всем: родным, друзьям, любимой девушке. Александр признался сестре, что в его непростой службе кто-то словно хранит его. Наташа вспомнила, что он ещё не крещёный. Предложила, дескать, зайдём в церковь, покрестишься. Но отпуск заканчивался, времени не оставалось, и Саша махнул рукой. Вот вернусь осенью, тогда…

Летом у военных разведчиков на Кавказе работы прибавлялось. Лесная «зелёнка» помогала «духам» неожиданно появиться, наделать бед и так же неожиданно исчезнуть. Бойцы ждали осеннего листопада как помощника и спасителя. 26 октября в разговоре с Александром его друг вдруг почему-то сказал, что, дескать, пора им срочно заканчивать службу и возвращаться в Орск. Сашка изумился:

- О чём ты говоришь? Контракт кончается через неделю. Пару раз выйти на задание - и домой. А там…

Договорить не успели, поступил приказ ликвидировать бандгруппу. Они шли чуть впереди, Паша и Денис. Сашка страховал сзади. Осенний лист засыпал землю так, что бойцы не заметили ни проволоки растяжки, ни самодельного взрывного устройства. Александр увидел поздно. В нормальной бы жизни, наверное, не успел, а тут что-то словно выбросило его вперёд. В прыжке кинулся между двумя друзьями и из последних сил обеими руками отшвырнул их назад.

Очнулся в кузове грузовика на руках у ребят, удивился, почему бровь и щека в крови. Лицо посекло, что ли? Парни старались не смотреть на его развороченный живот.

Неужели забыт?

Родители, сёстры с семьями и брат уехали из России через год после Сашиных похорон. Горе подкосило отца, он уже никому не возражал и без разговоров согласился на переезд. Из всей семьи Вольф в России осталась лишь Наташа. Во-первых, ни муж, ни дети за границу не собирались. А, во-вторых, когда её спрашивали, почему осталась, она обычно говорила, что кто-то же должен за Сашиной могилкой присмотреть.

Сослуживцы, сопровождавшие цинковый гроб, с самого начала сообщили, что командование части представило Александра к награде. Её должны передать родителям. Однако время шло, наградные листы, вероятно, гуляли между Ясненским и Кумакским военкоматами так же, как в год его призыва. И о награде речь уже не шла.

В Ясном, откуда уходил в армию Александр, тем временем зародилось новое движение. Толчок ему дали родители солдат, погибших в Афганистане, Чечне, да и просто от несчастного случая во время службы в армии. Школьников и студентов учили на примере их земляков, отдавших жизни за нашу страну. На школах, где учились эти парни, вывешивались памятные доски. В городе появился мемориал с именами погибших. Каждую весну стал проводиться спортивный турнир их памяти. И перед его началом глава района собирал родных и близких этих ребят. Они выступали, благодарили за то, что их сыновей не забывают.

Вольфов на турнир не приглашали, вероятно, считали, что те уехали. Могила бойца оказалась не в Ясном, где его хорошо запомнили сверстники, а в Кумаке, где он родился. Фамилию на Ясненском мемориале не высекли.

И у Наташи появилось ощущение, что Родина забыла её брата. Обиднее всего стало, когда она обратилась с вопросом о заслуженной Сашей награде к военкому, а то лишь пожал плечами.

На своей земле

Ситуация была не просто непонятной - несправедливой. Ведь именно в Ясном у Саши остались друзья, однокашники, с которыми он здесь учился, вместе с которыми уходил в армию. Его здесь помнили многие.

«Сходи на приём к главе района, - говорил Наташе муж. - Не может быть, чтобы они орден «потеряли». Ведь прошло всего каких-то пять лет!»

Она не пошла, побоялась безразличия. И напрасно. Сходила её родная тётя, обрисовала ситуацию. Глава района был потрясён: он был уверен, что награду давно вручили, а её даже не нашли.

После многих официальных запросов в разные инстанции выяснилось, что Александр Вольф был награждён орденом Мужества. Через пару месяцев орден был торжественно передан сестре героя. В учебном заведении, которое окончил Саша, стали проводиться посвящённые ему уроки памяти. А на Ясненском мемориале памяти солдат России появилось имя Александра Вольфа.

И теперь каждый год родных Александра обязательно приглашают как почётных гостей на спортивный турнир, который проводится в Ясном в память молодых земляков, погибших в «горячих точках».

Родители, получающие в Ганновере социальные пособия больше российских зарплат, каждый год приезжают в Ясный к Наташе и к Саше - в Кумак. Повспоминают свою здешнюю жизнь, скажут, что хотели бы остаться, и уезжают обратно, в очередной раз прощаясь с могилой сына.

А он смотрит им вслед портретом на памятнике. И остаётся. На своей российской земле.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter