Зачем оно надо, молочное стадо?

Зачем оно надо, молочное стадо?
Аналитика

13 октября 2017, 15:00
Какие стимулы надо применить государству для того, чтобы крестьянско-фермерские хозяйства не сокращали поголовье крупного рогатого скота молочного направления.

График увеличения и уменьшения молочного поголовья в Оренбургской области всегда напоминал американские горки. Только за последнюю пятилетку наш регион то входил в ТОП-10 по объёмам молочного производства, то опять вылетал из него. Почувствовав возможности свободного рынка, руководители хозяйств начинали лавировать от одного направления к другому. То вложатся в зерновые, то перейдут на подсолнечник. То заведут мясное стадо, то продадут всё и закупят высокоудойных коров на молочную ферму.

Отсутствие стабильности - одна из главных проблем молочной отрасли региона. Оренбургское министерство сельского хозяйства для стабилизации отрасли стало, помимо дотаций, активно применять адресную грантовую поддержку. И если фермер или агрофирма получали средства, то под какой-то определённый проект, за который шёл строгий отчёт.

Однако в таком деле, как АПК, даже деньги решают не всё. Стимулы вкладываться в молочное стадо бывают разные. Вплоть до своевременного осеменения коров, наличия специального оборудования, позволяющего обработать и сохранить молоко на первой стадии, ну и, разумеется, реализации.

Так какую же поддержку надо оказать хозяйствам, фермерам и личным подворьям, чтобы те не уменьшали. А увеличивали дойное стадо?

Казённый "локомотив"

В 2017 году на территории области было открыто несколько крупных животноводческих комплексов, как мясного, так и молочного направления. Строительство каких-то ферм или откормочных площадок частично дотировалось государством. А кто-то полагался только на свои силы и средства.

Фермеру Вячеславу Турову из Новосергиевского района, можно сказать, повезло. Он получил грант на строительство семейной фермы, которая в результате вышла на уровень крупного комплекса на 200 голов молочного стада. Своих средств хозяину пришлось вложить примерно столько же, сколько им было получено из казны.

Проект только числился «семейной» фермой. Но на самом деле был гораздо круче и дороже. Ферма, коровник, телятник, родилка… Счёт уже шёл на десятки миллионов рублей: грантовых, собственных, кредитных. Однако фермер был очень доволен, что в стойлах нового комплекса, рассчитанного на 200 животных, уже стояла первая сотня только что приобретённых тёлок высокоудойной породы.

- Если б вы видели, в каком состоянии мне досталось это хозяйство! – качал он головой. – Первый раз собрал людей в конторе. А там холод, трубы разорвало. Мне говорят, может, здесь сначала отремонтируешь? А я только что с фермы. Ну, коровы тощие недокормленные, понятно. Но в телятнике крыша провалилась, на маленьких телят снежок сыплет. Нет, говорю, сначала крышу кроем. Вот прямо сейчас. А если здесь холодно заседать, значит, в коровнике собираться будем.

Хозяйство в селе Красная поляна Туров выкупил, когда здесь уже не осталось ничего ликвидного. Для этого пришлось продать свою ферму с мясным поголовьем в соседнем районе. Но денег всё равно не хватало. Господдержка в виде гранта от областного минсельхоза стала тем «локомотивом», который простимулировал не только строительство фермы, но и переоснащение всего остального.

Перестроенный телятник и родильное отделение теперь сияют чистотой. На новой ферме за корма, вентиляцию и навозоудаление отвечает автоматика. Доярки хорошо зарабатывают, поскольку современными доильными аппаратами успевают обслужить гораздо большее количество коров. А молокопровод, моментально доставляя продукт в специальную ёмкость, не даёт попасть в продукт микробам и бактериям. Сохраняет высокое качество естественным образом, стерильной чистотой.

Да и сами доярки совсем по-другому смотрят на жизнь, получив возможность после смены принять душ, переодеться, отдохнуть, посмотреть телевизор. И уже сами стремятся поддерживать на ферме европейскую чистоту и порядок.

Когда губернатор и областной министр сельского хозяйства тожественно перерезали ленточку, наблюдавшие за ними доярки и скотники честно признались, что не надеялись на возвращение в родное село нормального производства. Одна из работниц рассказала, что переехала сюда из соседнего района вместе с мужем, взрослым сыном и младшей дочкой. Дома была полная безнадёга. А тут вся семья занята, зарплату получает и может дома скотину держать. Дом, кстати, семье купил фермер, собирающий по всем окрестностям уцелевшие трезвые кадры.

Окупить не хватит жизни

А вот руководитель ЗАО «Нива» из Октябрьского района Ольга Попова о том, что ферму строила сама, без чьей-то помощи, говорила то ли с гордостью, то ли с обидой.

- Я считаю, что выделять до 30 миллионов на семейные фермы нерационально, - призналась она. – Если б нам отдали такую сумму безвозмездно, был бы гораздо больший экономический эффект. И вложение в производство, и отчёт за каждую копейку. А мы на гранты особо не рассчитываем. Тут даже с кредитами были проблемы.

Когда после смерти мужа Ольге Семёновне пришлось занять должность руководителя крупного даже по меркам области хозяйства, на молочное направление особой ставки не было. 200 голов красной степной породы не отличались высокими надоями, так как считались мясомолочными.

Пришлось заниматься селекцией. В 2014-м хозяйство стало племрепродуктором по красной степной породе. Молочное поголовье вышло на максимальный уровень до пяти тысяч литров в год с одной коровы. И это был предел по надоям. Вот тогда и было решено закупить тёлок чёрно-пёстрой породы, у них отдача - до 7000 литров в год. Но перед этим построить современную молочную ферму, оснащённую по последнему слову техники.

И этот молочный комплекс был выстроен на собственные средства. При планировании сметная стоимость коровника была рассчитана на 72 миллиона рублей. 36 миллионов своих средств хозяйство наметило выделить сразу. Остальные оформить субсидируемым банковским кредитом.

Однако по новым временам кредиты стали выдавать не в Октябрьском и даже не в Оренбурге, а непосредственно из столицы. Московские клерки показали свою явную незаинтересованность в далёком от них оренбургском хозяйстве. Сначала было сказано, что кончились лимиты, потом – что устанавливают повторные. Прошёл месяц, второй, третий. Не дожидаясь милостей из столицы, хозяйка агрофирмы на месте нашла средства для начала строительства. И от банковских услуг отказалась.

- А буквально через пару дней после этого, - улыбнулась Ольга Семёновна, - из Москвы пришёл установленный лимит для кредита. Очень хороший, выгодный, краткосрочный. Но нам он уже не был нужен. Телятник мы тоже строили за собственные деньги.

Сейчас в «Ниве» тысяча голов крупного рогатого скота. 400 из них дойных. И на этом решено остановиться. Попова призналась, что до 400 голов дойное стадо ещё не считается рентабельным. Более 500 голов требуют особого подхода в производстве кормов и дополнительных вложений в агротехнологии. А вот от 400 до 500 – оптимальное количество для крепкого хозяйства.

Что же касается государственного стимулирования развития молочного направления, то тут хозяйка «Нивы» уверяла, что вообще-то государство хорошо стимулирует аграриев. По крайней мере, в Оренбургской области.

Вот в последние годы, при начислении субсидии на условный гектар, «Ниве» ставят коэффициент 3. При том, что максимальный коэффициент – 4. Он зависит от количества поголовья КРС. То есть если хозяйство занимается животноводством, тогда субсидируется и полеводство, без которого не будет нормальной кормовой базы.

Однако цена современного комплекса - заоблачная: у "Нивы" ушло без малого 100 миллионов рублей. Этот фактор тоже отпугивает потенциальных инвесторов - когда же всё окупится?

- Сказать вам честно, при моей жизни окупиться ещё не успеет. Зато и люди, и животные здесь будут находиться в нормальных условиях. И технологии производства будут соответствовать 21 веку. 50 работников, занятых у нас в животноводстве, уже сейчас зарабатывают на городском уровне.объясняет Ольга Попова.

Глядя на убеждённую в своей правоте хозяйку крупной агрофирмы, вспоминалось, как на открытии комплекса губернатор Юрий Берг, вручая ей букет цветов, оглянулся на таких же руководителей крестьянско-фермерских хозяйств, и произнёс: «Учитесь, мужики!»

Что же касается сбыта, то практически всё сырьё забирает маслосырзавод в Октябрьском. Брынза, "плетёнка", "Сулугуни" давно полюбились оренбуржцам. Правда, до недавнего времени зимой их продукцию днём с огнём было не сыскать. Сейчас ситуация меняется:вслед за фермой масштабную реконструкцию затеяли и на заводе.

Семя, да не в почву

Ташлинский район в нашей области считается особо молочным. И луга заливные в низовьях Урала, и климат подходящий для заготовки кормов. Но главное, здесь по традиции местные жители привыкли держать на подворье хотя бы одну бурёнку. А зачастую - и не одну.

И если в общественном секторе района зарегистрировано 26 тысяч голов КРС, то в частном ещё 10 тысяч. В сёлах организованы кооперативы, которые собирают сырьё и сдают его, как и подавляющее большинство хозяйств, на Ташлинский молочный завод. Занимаются сбором, как правило, индивидуальные предприниматели, имеющие собственных коров. С частниками они рассчитываются сразу. Так что держать молочных коров выгодно.

Но даже при всех плюсах такой системы специалисты районного управления сельского хозяйства до конца не были уверены в том, что людям выгодно производить и сбывать молоко. А чем простимулируешь крестьянское подворье?

- Мы можем поддержать животноводов-частников и другими методами, - пояснил главный ветеринарный врач Ташлинского района Владимир Субхангулов. – Ну, не рассчитаны на них дотации. Так наше районное ветуправление открыло пункты искусственного осеменения. Чтоб увеличить поголовье в частном секторе, чтоб приплод получился качественный. В 2016 году таким образом осеменили 125 голов. Появился спрос. И в этом году мы открыли ещё два пункта в самых отдалённых сёлах района: в Шестаковке и Придолинном.

Владимир Сергеевич вспомнил, как поначалу хозяева коров отнеслись к такой идее с сомнением. Дескать, это на фермах нужно искусственное осеменение. А у нас всё происходит естественным путём. Возможно, просто экономили 800 рублей за одну дозу семени. Но когда увидели эффект у соседских коров, которые гарантированно получали приплод. Когда поняли, что при неудачи с первого раза все остальные попытки осеменения проходят уже бесплатно. Вот тогда и пошёл спрос на услуги специалиста-осеменителя.

Качественное семя закупалось в Московском племенном объединении. Доставлялось самолётом. Породу производителя предложили сами хозяева бурёнок. Симментальская, мясомолочная, лучшая для разведения в нашем климате.

Когда весной выяснилось, что у осеменённых коров в приплоде родилось несколько двоен, хозяева получили дополнительный стимул. Все заказчики прошлого года перешли на нынешний. Количество заказов перешагнуло за две сотни. Помимо Ташлы были открыты два дополнительных пункта в сёлах, отдалённых от райцентра на полсотни километров.

Заказы уже идут из всех сёл района. Осеменители с трудом успевают отрабатывать их.

- Мне сейчас звонят соседи, - рассказывал Владимир Субхангулов. – Советуются, как организовать подобные пункты в других районах. Дело хлопотное, даже затратное для района, но важное. Даже если мы, как сейчас, будем нести затраты на зарплаты водителя и осеменатора, а в стоимость услуги включать только цену самого семени, всё равно будем в плюсе. Ведь молочное поголовье будет не падать, а увеличиваться. Ну, где ещё, скажите, на личных подворьях сейчас найдётся такое молочное стадо в десять тысяч голов?

Было бы желание, а стимул найдётся

Примерно так сформулировал свою мысль министр сельского хозяйства, пищевой и перерабатывающей промышленности Оренбургской области Михаил Маслов по поводу развития молочного направления в животноводстве.

И добавил, что нынешние показатели продуктивности производства молока в нашем регионе выше прошлого года. Если в 2016-м на одну фуражную корову в среднем приходилось по 9,7-9,8 литра, то в этом году надои составляют по 10,4-10,8. То есть больше практически на литр.

Проблема, однако, в том, что рост производительности не даёт валового увеличения. Год назад ежедневный летний надой составлял 478 тонн, в этом году цифры те же самые. Причина проста: надои растут, а поголовье - сокращается.

Тем не менее Оренбуржье в этом году на подъёме "статистических горок": есть все шансы войти в ТОП-6 регионов по производству молока.

- По цене вопросы есть, - честно признался Михаил Григорьевич, - но работу ведём. С сентября предприятия переработки закупали сырьё у крестьян и фермеров по 20-22 рубля.

Есть проблемы и со сбытом. Наша экологически чистая и качественная продукция с трудом выходит на рынки других регионов. Однако наши переработчики уже сумели зайти и в федеральные сети. На сегодняшний день около 35% молочной продукции из Оренбуржья уходит за пределы области. 65% остаётся для наших потребителей. Это при том, что оренбургские сельские товаропроизводители полностью закрывают потребности наших покупателей и готовы нарастить продажу уже продуктов переработки: сыра, масла, кисломолочки.

Недавно оренбургские покупатели заметили отсутствие в областном центре ташлинского сливочного масла. Думали, не берут сетевые магазины. Оказалось, берут. Но слишком много заказов из других, более крупных городов. И их жители готовы покупать то же масло значительно дороже, чем у нас. Было бы качество.

Но что характерно, нашим населением востребованы в первую очередь продукты собственного производства, даже если они чуть дороже ввезённых. Почему своё пользуется большим спросом, чем чужое? Во-первых, оно знакомо нам. Во-вторых, есть, с кого спросить. Наш производитель дорожит своей маркой перед земляками.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter