Возрастные ограничения: 18+
26 июня 2017
Понедельник

Уйти и не вернуться

№ 48
2011-11-11
Ирина Никольская

Ирина Никольская — одна из 23-х пропавших женщин. Четверг, 8 утра. Я стою у дома Ирины по улице Самолетной.

Обыкновенный синий частный домик – ничего примечательного. Ставни закрыты, на стук никто не отвечает. Как утверждают родственники, семья съехала, устав от пристального внимания прессы и общественности к своей беде. На улице  темно и холодно, фонари горят через один. Но именно в это время неделю назад молодая мама покинула теплую кровать и ушла куда-то в темноту   и  морозность ноябрьского утра. Оставив дома двухмесячного малыша и спящего мужа.

НЕПРИВЕТЛИВЫЕ СОСЕДИ

Совсем недалеко – на проспекте Победы – уже вовсю кипит жизнь. Но в частном секторе тихо, как в заброшенной деревушке. Почти все дома наглухо перетянуты заборами и ставнями, неудивительно, что соседи ничего не видят и не слышат. Оглядываюсь вокруг. Куда могла пойти девушка?

Фонари неожиданно гаснут, и я остаюсь в серой промозглости утра.

Недалеко грохочет петлями забор, я спешу туда. Молодой парень, лет 20-25, представляется Кириллом.

— Извините, у вас здесь всегда так темно и безлюдно?

Опасливо косится на меня.

— Ну, сейчас уже не так, недавно вняли нашим просьбам и вкрутили лампочки на фонари. Правда, часть их все равно уже разбили.

— Здесь пропала девушка…

— Опять по поводу нее? Замучили уже совсем, ничего я не видел и не слышал! Здесь как­то не принято дружить с соседями.

Он садится в машину и уезжает.

ТЕМНЫЙ КВАРТАЛ

Сворачиваю на Московскую улицу, дохожу до Южно­Уральской. Здесь уже совсем непроглядный частный сектор. Немудрено и заблудиться. Лают собаки. Одинокий прохожий спешит на общественный транспорт. Все выглядит – словно в деревне. Но с огромной разницей: там­то все друг друга знают, и нет такого равнодушия. А в одноэтажном  городе – жизнь за забором. В общем, если Ирина пошла в глубь частного сектора и столкнулась с отморозком – никто бы не пришел ей на помощь.

Добровольцы, которые занимаются поисками девушки, утверждают, что обшарили каждый уголок ее родного района. Правда, листовок здесь не так уж и много – на частные заборы их особо не наклеишь – не разрешат, а магазинов и школ в районе немного. Не говоря уже об остановках общественного транспорта.

ДОРОГА К ЦИВИЛИЗАЦИИ

Возвращаюсь к дому пропавшей. Если девушка решила уехать, то пошла бы в сторону проспекта Победы. Напротив частного сектора – типично советские дворы со старыми скрипучими качелями, пяти-этажками и гаражами. Натыкаюсь на уютную бабушку с собакой неопределенной породы.

— Извините, в одном из близлежащих домов недавно пропала девушка…

— А, слышала, — заводит свой разговор Валентина Степановна. — Все дома ее фотографиями обклеили! Хотела, наверное, уйти и ушла. Может, муж ее бил, кто знает? Просто так ничего не случается. У нас тут неспокойно, конечно, молодежь часто пьет, дерется. Я хожу, поглядываю вокруг, пока здоровье позволяет, но девушку эту не видела никогда.

Терпеливо выслушав старушку, иду дальше. Дорога, конечно, тоже не образец безопасности. Справа и слева – высокие заборы. И, естественно, никаких фонарей. Это даже не улица и не проулок, так, коридор между зданиями.

Догоняю женщину. Она тоже спешит побыстрее покинуть этот неуютный проход. Задаю свой традиционный вопрос.

— Много про нее спрашивают. Не припомню, чтобы я ее видела. Да и что, разве обращаешь внимание на каждого прохожего?

Действительно, только когда нас коснется беда, мы становимся внимательными к деталям и вглядываемся в лица проходящих мимо. Пока все хорошо – ни до кого никому нет дела. Но вот и проспект. Шумный и светлый. Отсюда можно уехать в любую сторону.

ИСЧЕЗНОВЕНИЕ

Родственники нехотя вспоминают тот злополучный день, когда пропала Ирина Никольская. 3 ноября в 8 утра она позавтракала с мамой, Натальей Шахминой, которая потом ушла на работу.  В доме остались Ирина, ее муж и маленький ребенок. Муж  проснулся от плача младенца примерно через полчаса, Ирины нигде не было.

— Ни документов, ни денег, ни сотового телефона  она с собой не взяла, все осталось дома. И теплые вещи так и остались висеть в прихожей, она  вышла на улицу в легком осеннем плаще, — рассказывает Алена Никольская, родственница пропавшей девушки.

Заявление в полицию родные написали уже к обеду, были проведены оперативные действия, но никаких следов девушки не обнаружили. Пока идет следствие, официальная информация не разглашается. Мама девушки и ее муж на контакт не идут, пристальное внимание к твоему горю, как правило, раздражает.

Тем более – многие пытаются найти причины беды в семье, где она случилась. Как та старушка с собачкой, встретившаяся мне по пути.

Как рассказала Алена, проб-лем в семье Никольских никогда не было, супруги жили дружно. С мужем Ирина вместе пять лет, из них два года они жили в законном браке.

– 20 октября у них родился сын Дима, ребенок был запланированный и желанный, —  уверена Алена. — О том, что из-за него начались конфликты, нет и речи.

С малышом девушке помогала мама, которая иногда оставалась ночевать у молодых супругов. И сейчас маленький Дима находится на попечении бабушек.

ПОИСКИ

К поискам Ирины Никольской сразу же подключились волонтеры – по городу было развешано больше тысячи лис­товок. После этого родственникам стали поступать звонки – говорили, что девушку видели в районах улицы Терешковой и остановки Ноябрьской.

— Однако никаких следов Иры мы там не нашли, — делится Алена. — Объехали весь город, не прекращаем поиски ни днем, ни ночью. Возможно, где­то в тех районах живет похожая девушка.

Волонтеры считают, что у Ирины  могла случиться послеродовая депрессия, однако родственники и этот факт не подтверждают. Ничего не свидетельствовало о том, что она находится в подавленном состоянии.

— Вариантов сотня – куда и почему ушла Ира,  – комментирует Екатерина Лаврова, координатор группы поиска. – В первую очередь мы прочесали весь родной район девушки – заглядывали буквально под каждую лавку, стучали в каждый дом. Обзвонили все больницы. Ничего не дало результатов. Четыре раза по звонкам добровольцы выезжали в разные районы, однако след каждый раз оказывался ложным.

В ТЕМУ

Розыском 23-х женщин занялась прокуратура

В прокуратуре Оренбургской области обсудили проблему безвестного исчезновения женщин на территории Оренбургской области. За последние  год и восемь месяцев  в Оренбуржье пропало 29  женщин в возрасте от 15 до 30 лет. До настоящего времени не установлено местонахождение 23 из них, 10 – исчезли в Восточном Оренбуржье, где проходит граница.

На межведомственном совещании руководителей и сотрудников региональных правоохранительных органов по вопросам розыска безвестно отсутствующих женщин была оглашена информация о преступной группе, занимавшейся торговлей людьми с перемещением их через Государственную границу РФ, деятельность которой была пресечена в этом году.

Но на совещании сделали вывод, что работа органов внутренних дел находится не на должном уровне.

Как показывает практика, мероприятия проводятся, как правило, только на первоначальном этапе после заведения дела.

По итогам совещания решено усилить прокурорский надзор за оперативно-розыскной деятельностью. На системной основе обеспечить контроль за осуществлением работы подразделений полиции по розыску без вести пропавших.

Принимать меры к выявлению и пресечению трансграничной преступности, связанной с похищением

и торговлей людьми.

Следственным органам дано поручение в кратчайшие сроки рассмотреть вопрос о возбуждении уголовных дел по фактам исчезновения жительниц четырех территорий области, пропавших при обстоятельствах, позволяющих предполагать криминальный характер

их исчезновения.

Пока что возбуждено только шесть уголовных дел

по таким фактам.

ОРИЕНТИРОВКА

Никольская Ирина Сергеевна (Шахмина) 1986 г.р.

Пропала 3.11.11г. Вышла из дома по улице Самолетной, 3 примерно в 9 часов утра и до настоящего времени не вернулась.

Была одета в легкий осенний черный плащ, черные сапоги без каблуков и сиреневую шапку. Светло русые волосы, глаза голубые, на спине шрамы небольшого размера — девушка избавлялась от родинок, на пупке след от пирсинга.

МНЕНИЕ

Михаил Жабин, психиатр:

— Многие женщины, родившие ребенка, испытывают чувства апатии, тревоги, раздражительности, отчуждения. Казалось бы, это совсем не те чувства, которые молодая мама должна испытывать. Но, поверьте, подобное состояние встречается не так уж редко и имеет определенное название – послеродовая депрессия. Сразу после родов выработка женских гормонов резко сокращается. Невольно это оказывает сильное воздействие на нервную систему и влияет на самочувствие и эмоциональное состояние женщины. Вторая причина – психологическая. Бесспорно, многое зависит от характера женщины и ее способности реагировать на происходящее вокруг. Иногда молодой маме кажется, что она не в состоянии справиться с возложенной на нее природой ролью, и если речь идет о рождении первого ребенка. К страхам добавляется физическая усталость. Родные должны быть очень внимательными к молодой маме.

Кристина Полякова